Антуфьев Евгений

214-2019_Антуфьев ЕвгенийРодился в 1986 году в Кызыле (Республика Тыва). В 2008 году поступил в Институт современного искусства (ИПСИ). Первая персональная выставка прошла в 2008 году в рамках проекта «Старт» на Винзаводе. В 2011 году – участник выставки Ostalgia в нью-йоркском New Museum. Более 20 персональных выставок — в Collezione Maramotti (Реджио Эмилия, Италия), ММАМ, ММСИ, Галерее Regina и др. Работы художника находятся частных и публичных коллекциях — Tate Modern (Лондон, Великобритания), Collezione Maramotti (Реджио Эмилия, Италия), Музей современного искусства Антверпена M HKA (Антверпен, Бельгия). Лауреат Премии Кандинского-2009 в номинации «Молодой художник. Проект года». Живет и работает в Москве.

«Когда искусство становится частью ландшафта»

Трехчастный цикл выставок на Европейской биеннале «Манифеста 12» Палермитанском Археологическом музее (Италия), в музее «Творческая мастерская С.Т. Конёнкова» и в Мультимедиа Арт Музее (Москва). Идея цикла заключена в проведении неочевидных связей и совмещении с работами, которые обычно не выставляют рядом с произведениями молодых художников. Автор исследует значение в человеческой культуре разнообразных материалов, таких как камень, кость, дерево, янтарь и бронза. Созданные в ироничной манере миры находятся на стыке природы и искусства, легенд и фактов, реального и вымышленного.

В первой части были представлены работы из бронзы и керамики, созданные специально для археологического музея в Палермо. Более 24 работ художника соседствовали с работами греков, римлян, финикийцев и этрусков. В основе проекта лежит интерес художника к археологическим и краеведческим исследованиям. Близкий к антропологическому подход помог создать свою собственную мифологию, в основу которой легли шаманские обычаи Тувы, родины  художника, воссозданные культурные и изобразительные традиции и различные мифологические персонажи народов мира.

Вторая часть посвящена русской пластической скульптурной традиции и соединяет две эпохи: работы молодого художника соседствующие с не экспонировавшимися ранее произведениями скульптура Сергея Конёнкова. Художник строит диалог с классиком советского искусства, и с помощью своих работ проводит параллели с традициями советской монументальной скульптуры. Помимо объектов художника драматургию экспозиции дополняют произведения Михаила Шемякина, Александра Бурганова, Эрнста Неизвестного и Евгения Вучетича.

Третья часть представляет диалог с классиком советского неофициального искусства — Дмитрием Краснопевцевым, который оставил после себя дневники, содержащие философские рассуждения о роли архетипических форм в мировой культуре, о жизни и смерти, фундаментальных проблемах человеческого бытия и искусства. Эти дневники цитируются автором на выставке. Вступая в диалог с творчеством Дмитрия Краснопевцева, художник создает собственный художественный мир: скульптуру из бронзы, дерева, керамики, фотографии и пространственную инсталляцию, в которую вживляются работы Краснопевцева. Художники, разговаривающие на разных пластических языках, сформировавшиеся в разных социокультурных контекстах, затрагивают в своем творчестве общие темы. Оба имеют интерес к искусству древних народов, теме смерти, тоски и меланхолии, которую таит в себе время. «Умершие народы, мертвые города, звезды, деревья, дома, языки, боги, религии, книги, умерший жемчуг и бирюза, мертвые души, мертвое море, мертвый переулок…», — записывает в дневник Дмитрий Краснопевцев. Таким образом, в данном проекте артикулируется интерес художника к анализу истоков искусства, когда оно было частью сакрального обряда. Заинтересованность художника археологическими исследованиями, а также материалами, наиболее устойчивыми к воздействию времени (такими как бронза, кость, минералы) резонирует с творчеством Дмитрия Краснопевцева, которому присущи обостренное восприятие времени и ощущение мимолетности жизни.

Когда искусство становится частью ландшафта. Часть I

Когда искусство становится частью ландшафта. Часть II

Когда искусство становится частью ландшафта. Часть III