Дискуссия «Проблемы и перспективы развития искусствоведческого академического образования в России»

Состоялся круглый стол на тему: «Проблемы и перспективы развития искусствоведческого академического образования в России», организованный Культурным Фондом «АртХроника», в рамках дискуссионной программы в Ударнике.
В дискуссии участвовали:
Кирилл Алексеев, искусствовед, кандидат наук.

Иосиф Бакштейн, историк искусства, художественный критик, куратор; директор Института проблем современного искусства, комиссар и художественный руководитель Московской биеннале современного искусства.
Александра Обухова, историк искусства и основатель архива Фонд «Художественные проекты».
Анатолий Осмоловский, художник, теоретик, куратор, ректор института «БАЗА».
Дарья Пыркина, заместитель генерального директора ГЦСИ по творческой и образовательной деятельности.
Зельфира Трегулова, искусствовед, куратор, генеральный директор Государственного музейно-выставочного центра «РОСИЗО».
Иван Иванович Тучков, заведующий отделением истории и теории искусства МГУ.
Михаил Алексеевич Бусев, заместитель директора по науке НИИ истории и теории искусства РАХ.
Александр Евангели, куратор, критик и теоретик искусства, преподаватель школы Родченко, руководитель школы кураторов и критиков института Истории культур (УНИК), главный редактор портала www.photographer.ru.
Евгения Кикодзе, искусствовед, куратор, арт-критик.
Андрей Ковалев, искусствовед, кандидат искусствоведения, арт-критик.
Красимира Любеновна Лукичева, заведующая кафедрой истории искусства РГГУ.
Ирина Михайловна Сахно, профессор кафедры истории и теории культуры РУДН.

 Расшифровка дискуссии:
Лукичева К.Л.:
На данный момент существует стандарт третьего поколения, который действует в условиях двухуровневой системы образования – бакалавр, магистр. До этого существовала специальность «искусствоведение», сейчас обучение идет по направлению «история искусств». Стандарт обязательный для всех вузов вне зависимости от типа (государственный или частный), если вуз выдает государственный диплом по данному направлению бакалавриата или магистратуры. Иных форм академического образования по данному направлению уже нет. Стандарт по направлению «история искусств» во многом сделан как некая калька стандарта по специальности «искусствоведение». Но существуют определённые различия. Структура образования была гораздо более жестко задана стандартом специальности, он определял качество федерального компонента на 75% учебного времени. В стандарте по направлению «история искусств» только половина учебного времени определена обязательными дисциплинами, которые прописаны в стандарте. Другую половину учебного времени вуз волен определять и заполнять самостоятельно. Половина учебного времени отведена на лекции, другая половина – на семинарские занятия.Алексеев К.:
А какая происходит ситуация на данный момент в негосударственных образовательных учреждениях?
В рамках каких стандартов (если это вообще возможно) происходит обучение теории искусства в школе БАЗА?

Осмоловский А.:
На протяжении последних 100 лет русское искусство было живо, так называемыми, художническими кружками – кругами друзей, которые обсуждали общие вопросы, проблемы. В России все устроено так, что как только что-то передается в руки государству – сразу становится плохим, скучным, вызывает негативную реакцию. Например, марксизм – казалось бы, хорошо написанная философия, которую в школе преподавали отвратительно. Если современное искусство попадет в руки государства, может произойти катастрофа.

Алексеев К.:
Сейчас мы говорим не об идеологических стандартах, а о стандарте в смысле программы, т.е. определенного набора тем, памятников, проблематики, которая в процессе обучения возникает в каждом вузе. В каждом вузе есть своя специфика – у РГГУ с их выставочным залом – определенного рода программа, МГУ – более академическая ситуация «без вещей». Одна из интересных ситуаций на данный момент – формирование галерей при учебных центрах.

Осмоловский А.:
Что необходимо сделать на данный момент, и что не было сделано за последние 20 лет, ни деятелями современной культуры, ни государством – перевести на русский язык основополагающие теоретические труды ХХ века. Перевести в язык – очень важная процедура: какие-то термины будут приживаться, входить в русскую культуру, другие – отлетать. Необходимо перевести Майкла Фрида, Петера Бюргера, Тимоти Джеймса Кларка и т.д.

Трегулова З.:
Раньше никаких переводов не было. Каждый студент был сам волен учить иностранные языки и овладевать данными книгами, которые были в Библиотеке иностранной литературы. Это зависит от человека, который знает, что он хочет получить от обучения.

По предмету искусствоведение нет учебников, здесь огромную роль играет преподаватель и умение преподавателя научить студента думать, ориентироваться в море литературы. Главная проблема в том, что яркие индивидуальности утекают из МГУ и РГГУ. Сложно привлечь ярких искусствоведов, философов, историков культуры к преподаванию за те деньги, которые на данный момент платят в университетах. Студенты нуждаются в ориентирах, которые бы их увлекали.

Существует огромный разрыв между тем, что преподают в РГГУ (в меньшей степени), в МГУ (в большей степени) и тем, как могут себя приложить люди, окончившие искусствоведческое отделение данных вузов. Воспитывается нейтральный академический ученый, а приходится работать практически. Именно этому (менеджерскому направлению) в государственных вузах не учат. Данную нишу в некоторой степени занимают курсы «Винзавода», обучающие практическому приложению теоретических знаний, полученных в вузах.

Обухова А.:
Для этого существует, так называемая, музейная практика.

Обухова А.:
Вопрос личной мотивации человека. В «Гараж» на стажировку приходят молодые специалисты, студенты МГУ, т.е. такого рода практическое обучение есть. Но в этом смысле всё же существует дыра. Главная проблема российского искусствоведческого образования в том, что оно отсутствует как система.

Трегулова З.:
Вы привели пример «Гаража», а не крупного государственного музея, где подобные стажировки проходят абсолютно формально.

Бакштейн И.:
Анатолий, говоря о «кружках», имел в виду художественное образование, а не искусствоведческое. В советском искусстве это практиковалось, на основе «кружков» возникали поствузовские институты, как, например, школа «БАЗА». Поствузовская практика в художественном образовании, которая существует достаточно давно и успешно (МедиаАртлаб, школа Родченко, База, МСИ) – это попытка восполнить недостатки существующего художественного и искусствоведческого образования. Отдельная тема к обсуждению – как между собой должны соотноситься искусствоведческое и художественное образование.

Одна из главных социальных и политических задач, стоящих перед нами – формирование института гражданского общества в художественной среде.

Кикодзе Е.:
Между преподаванием современного искусства и классического искусства – есть пропасть. Образованные люди, не имеющие практики – ситуация восполнимая. Люди, приходящие в современное искусство, желающие заниматься только практикой, не имея теоретической базы – грустный факт. Сегодня современное искусство ХХ века стало рутиной, как рутина оно должно иметь учебники. Литературу необходимо издавать.

Нет никакой базы, искусствоведы не образованы по современному искусству.

У вузов не соответствующие ориентиры. Вместо того чтобы приглашать специалистов, образовательные учреждения открывают выставочные залы.

Все хотят стать не искусствоведами, а кураторами.

Лукичева К.Л.:
У студентов сегодня иная система ценностей, в эту систему не всегда вписывается желание получить глубокое систематическое образование.

Переводы нужны, т.к. необходимо создавать некий информационный контекст. Необходимо издавать те важнейшие книги, создающие профессиональную атмосферу, профессиональную лексику. Есть понимание классической литературы по современному искусству, которая переведена на все европейские языки. Современный образовательный стандарт позволяет ввести систематические курсы по теории искусства, методологии искусства, дать навыки работы с междисциплинарными методами, семиотикой, психоанализом и т.д.

В вузах мало внимания уделяется дисциплинам по методологии и теории современного искусства.

Вуз не может обойтись без взаимодействия с институциями, занимающимися музейной практикой.

Пыркина Д.:
С осени текущего года при МГУ стартовал Центр по изучению проблем современного искусства, включающий в себя комплекс различных направлений, планируемых к реализации в рамках деятельности данного центра: образовательные направления, научные конференции, круглые столы, издательская деятельность, выставочный зал. Выставочный зал Центра имеет формат некой лабораторной площадки, позволяющей студентам научиться обращаться с произведениями современного искусства.

Необходимо ориентироваться на запросы современного студента. Многие студенты сегодня хотят быть кураторами, но для того чтобы стать куратором необходимо освоить теорию искусства, методологию анализа современного искусства. В тот или иной момент, сталкиваясь с нехваткой инструментария, методологии, методов работы с материалом, человек понимает необходимость этот материал охватывать, выстраивать систему.

Обухова А.:
Выставочные залы при учебных заведениях имеют место быть при многих европейских колледжах. Есть парт-колледж, где на основе выставочного зала учебного заведения существует целый мощный курс, где образование разворачивается как система, и выставочный зал – только часть академического образования в области искусствоведения, прикладной наукой в котором является curatorial studies. Наличие выставочного зала ничего не решает.

Осмоловский А.:
В западной среде очень многие учебные заведения, даже не профильные, имеют выставочные залы. Молодые художники часто дебютируют в подобных залах.

Алексеев К.:
Выставочный зал хорош, когда существует и другая инфраструктура, есть среда. Выставочный зал при университете – своего рода, баловство.

Главная проблема в образовании – нехватка финансовых средств. При наличии средств была бы возможность и переводов, и переиздания необходимой литературы.

Выставочный зал в свою очередь может быть хорошим наглядным пособием, на площадке которого  будут происходить интересные явления.

Пыркина Д.:
Есть аспект легитимации современного искусства на территории Университета, создания определенной атмосферы – очага современного искусства.

Кикодзе Е.:
Чтобы легитимировать современное искусство необходимо иметь уровень журнала October. Не известно смогут ли справиться с этой задачей выставки неизвестных художников, не имеющие возможность привезти западных художников.

Обухова А.:
При ЦСК «Гараж» уже год работает большая библиотека по искусству ХХ века с разделом по теории искусства, периодики, журналы October, Паркет, АртФорум 70-х годов и т.д. – некая читательская база для исследования теории и истории современного искусства. У «Гаража» есть два образовательных проекта – школа юного искусствоведа, кураторская школа (со следующего года) – грант для 6 соискателей.

В области искусствоведения не хватает системной модели обучения.

Осмоловский А.:
В России нет живого художественного процесса. То количество институций, которое есть в Москве, присуще любому провинциальному западноевропейскому городу. В Москве нет даже музея современного искусства.

Бакштейн И.:
Прежде чем обсуждать, что делать, необходимо понять, почему у нас нет того, что мы сейчас обсуждаем.

Кикодзе Е.:
В новой системе (интернета), знания должны даваться по-другому. Сегодня знания окружают нас везде, они стали жидкими, плохо структурируемыми. Студенты ничего не читают, т.к. считают, что возможно нажать кнопку и получить всю информацию за один вечер – не обязательно носить это в голове. Однако информации очень много, она разлита, разбросана, сведения субъективны, зачастую фальшивы и.т.д.

Осмоловский А.:
Позитивность советской тоталитарной идеологической системы заключалась в том, что она проводила первую прикидочную селекцию – что хорошо, а что плохо. То, что ругают, называют буржуазным искусством – то хорошо, что считалось советским искусством – то плохо. По этому принципу выбирались и вычитывались книги. В нынешнее время молодой человек теряется в этой системе.

Самая большая проблема – отсутствие академической системы, которая изучала бы современное искусство, писала качественные компетентные диссертации, имела бы свою систему ценностей.

Отсутствует альтернативная система ценностей. Единственная ценность – масс-медийный скандал.

Следующий этап скандала (после Pussy Riot) может привести к отвратительным результатам.

Бусев М.:
Чтобы в чем-то продвинуться – необходимо поставить перед собой некую интеллектуальную задачу.

Не нужно вкладывать в студента информацию, нужно учить учиться. Хороший исследователь, преподаватель отличается тем, что учится всю жизнь.

Лихачева Е. (зав. отделом научной пропаганды государственного архитектурного музея им. Щусева)
Невозможно понять, кто такой Энди Уорхолл или Дэмьен Хёрст, не зная, кто такой Караваджио или Матисс. Искусство – это река, которую невозможно разделить на капельки и каждой капелькой заниматься отдельно.

В вузах почти нет среднего поколения. Разрыв сказывается на качестве образования.

Главная проблема – разрыв между системой академического образования и реальной жизнью. Необходимо взаимодействие с частными институциями, получение студентами практических навыков.

Пыркина Д.:
Говоря о выстраивании некой системы, необходимо четко разграничить цели и задачи работы разных типов, форматов институций. Инициативы, исходящие от центров современного искусства («Гараж», ГЦСИ, ММСИ) являются компенсаторными, не позволяющими компенсировать нехватку базовых искусствоведческих знаний.

Евангели А.:
Искусство – в некотором смысле способ осмысливания современности. Образование – это, прежде всего, система знаний. Все существующие школы при центрах современного искусства своим существованием показывают острое ощущение нехватки искусствоведческого образования в области современного искусства. В данной ситуации вопрос необходимости галереи при университете не релевантен.

Нет площадок для критического высказывания, газеты, интернет –  не являются подобными площадками.

Осмоловский А.:
Из разряда фантазий: Создание государством агентства по современному искусству с вливанием достойного финансирования. На основании данного агентства: связь различных небольших интересующихся групп людей в различных городах, издание журнала, распространение по точкам, научные инициативы – организация круглых столов, конференций.

Алексеев К.:
За последние пять лет кроме фильма о Владимире Татлине не было снято серьезной документалистики на тему искусства.

Основная тема – привлечение государства к тому, что происходит в художественной сфере.