Премия Кандинского | Хроника | Церемония награждения

Третья церемония вручения премии Кандинского за достижения в современном искусстве своей суровостью напомнила партийный съезд. Дело при этом происходило в концертном зале Барвиха Luxury Village. Партия художников со всей прямотой высказала в лицо сидевшим в зале коллекционерам и меценатам все, что о них думает.

Юрий Арпишкин, Милена Орлова

Премия Кандинского — независимая национальная награда, учреждена культурным фондом «Артхроника» в 2007 году. Премия присуждается в трех номинациях: «Проект года» — €40 тыс., «Молодой художник. Проект года» (до 30 лет) — €7 тыс., «Медиаарт. Проект года» — €10 тыс. В попечительский совет премии под председательством Шалвы Бреуса входят Петр Авен, Константин Эрнст, Павел Хорошилов, Виктор Пинчук, Сэмюэль Келлер, Николас Ильин. Выставки номинантов и лауреатов проходят в Москве и за границей — в 2009-м в Лондоне. Жюри конкурса состоит из российских и иностранных специалистов: Валери Хиллингс, Андрей Ерофеев, Александр Боровский, Жан-Юбер Мартен, Екатерина Бобринская, Василий Церетели, Алла Розенфельд.

Гостей, не желавших застрять в рублевских пробках, доставили в Барвиху с Белорусского вокзала на арт-поезде — специально зафрахтованной электричке. Демократичность средства передвижения а-ля Веничка Ерофеев почти примирила фыркавшую богему с необходимостью отправиться в самое логово российской буржуазии. Сцена волею режиссера Алексея Аграновича была залита мрачным кроваво-красным светом, с большим экраном в центре, обрамленным подобием клеток. В одной из них, как дикие звери, метались музыканты Леонид Федоров и Владимир Волков, терзая душу своими песнями на стихи Велимира Хлебникова. Атмосферу пытался разрядить ведущий церемонии Леонид Парфенов, порадовавший зал (в основном партер с почетными гостями) своими видеороликами с фирменным стилем комментариев, посвященными взаимоотношениям искусства и власти от Хрущева до наших дней. Но знатоки вопроса не простили известному телеведущему позорной ошибки в написании слова, которым Никита Хрущев обзывал авангардистов — оно пишется через «и», а не через «е».

За теоретическую часть празднования отвечал Роберт Сторр, декан школы искусств Йельского университета, в прошлом — главный куратор Департамента живописи и скульптуры нью-йоркского МоМа и куратор Венецианской биеннале. Его лекция закончилась ровно в тот момент, когда публика стала подавать лишь первые признаки роптания.

«Молодым художником года» был объявлен 23-летний Евгений Антуфьев, уроженец Тувы, автор проекта «Объект защиты», несколько дидактично трактующего тему «взаимоотношений человека с природой». Победителя-юниора, явно старающегося походить на молодого Энди Уорхола, приветствовал классик соц-арта Борис Орлов. Он сообщил, что радоваться нечему, поскольку художник молодым не бывает: для того чтобы постичь законы и тайны художественной формы, нужно время и опыт, и ссылался на пример Родена, который уничтожил все свои работы, сделанные до наступления тридцатилетия. Борис Орлов со своим суровым напутствием выступил предвестником невиданной риторической активности вручателей и получателей премии этого года. Едва ли не каждый из них счел своим долгом поделиться с присутствующими наболевшим в форме близкой к отчетному докладу.

Единственное, кажется, исключение являл собой Олег Кулик, который провозглашал победителя в номинации «Медиаарт. Проект года». Кулик высказался кратко, но смачно. Хвалы Роберта Сторра в адрес концептуализма он оценил емким словом «ерунда». Лауреатами номинации стали Аристарх Чернышев и Алексей Шульгин. За собрание электронных объектов с выставки «Крити-поп», как уверяют авторы, антикапиталистической направленности. В своей речи, которую они препоручили красотке в маленьком черном платье, художники также протестовали против торжества общества потребления.

Непреднамеренным противовесом антибуржуазной публицистике прозвучало выстраданное слово члена жюри американки Валери Хиллингс, куратора фонда Гуггенхайма. Осмысляя российские реалии, госпожа Хиллингс вспомнила, что когда-то в Америке показывала концептуалистов президенту Путину, и он не мог понять, как относиться к увиденному. А вот президент Медведев, хоть никакой выставки и не смотрел, но вручил Илье Кабакову орден. Нельзя не отметить исключительную работу переводчика-синхрониста, который из последних сил сражался с текстом речи и, в общем, ее победил, чем вызвал смешки в зале, вскоре, впрочем, утихшие.

Главный приз «Проект года» достался представителю московской концептуальной школы, впрочем, распространившейся по всему миру, — пятидесятилетнему Вадиму Захарову, давно живущему в Кельне. В его проекте «Гарнитур Святой Себастьян возле кипящей овсяной каши» несколько бессистемно перемешаны русское православие, русский авангард и что-то из советского быта. И если это концептуализм, то весьма товарного вида.

Решение жюри в главной номинации для многих стало неожиданностью — половина зала болела за куда более радикального коллегу Захарова по концептуальному кругу и настоящего затворника, не появляющегося на людях Павла Пепперштейна, другая половина (и в их числе попечительский совет премии) — за жизнерадостные «деревяшки», то есть инсталляции Николая Полисского и его деревенской артели, олицетворяющие народное здравомыслие, юмор и талант. Впрочем, лауреат был уверен, что премию ему дали вовсе «не за видео и деревяшки» (он был представлен в шорт-листе и в номинации «Медиаарт»), а за позицию «независимого художника», которую он сполна продемонстрировал в своей речи. Досталось и критикам за то, что они не пишут монографий, и галеристам за то, что слишком меркантильны, и работникам музеев за то, что глубоко равнодушны. И общественности в целом за то, что не помнит о ветеранах и не помогает молодым. Логично было бы завершить филиппику упреком в адрес жюри, что и премию они дали совсем не тому художнику. Но от этого лауреат благоразумно воздержался.