Семен Файбисович

faibisovich_sРодился в Москве. 1966-72 гг. — студент МАРХИ. С 1976 г. выставляет работы в подвалах на Малой Грузинской. С 1987 г. картины начали широко выставляться в США, Западной Европе и СССР (России). Всего за это время было проведено более 20 персональных выставок. В 1995 году приостановил занятия живописью. В 1993 году начал выступать как публицист и эссеист. Литературная премия журнала “Знамя” за 1997г. Номинант премии Андрея Белого 2000 г. В 2007 г. возобновил занятия живописью.

Возвращение
Триптих «Подружки» представляет одновременно себя, цикл «Разгуляй», частью которого является, и проект «Возвращение», в который входит «Разгуляй».
«Возвращение», это мое возвращение к живописи после многолетнего перерыва – и одновременно возвращение в окружающую жизнь того социального, экзистенциального и пр. напряжения, что вновь побудило меня начать выяснять отношения с ней. Не иначе – «обрела лицо» новая эпоха – вот и потянуло создать ее портрет, как в начале восьмидесятых безотчетно потянуло на создание портрета советской. В этих эпохах видится много как общего, так и разного. Различия интересней и «ближе к делу»: они обусловлены, главным образом, технологическими революциями и эпохой постмодерна, что вклинилась между двумя социально-экономическими и проложила их своей идеологией.

В результате все направо–налево щелкают мобильниками и после резвятся с имиджами в фотошопе, а советская тягучая параноидность сменилась рассыпчатой шизоидностью, нарушившей либо разрушившей связность, внятность и цельность всего. С другой стороны, оттого, что все ошметки свалило в одну кучу, возникли предпосылки нового синтеза. Способ производства работ в духе времени: фотоимиджи принципиально низкого качества заботливо обрабатываются в компьютере, плохо печатаются на шикарном «репинском» холсте с классическим грунтом, и потом в руки берутся кисти… Так предельно демократичное встает в один ряд с элитарным, низкое качество – с высоким, а разнообразные фотошопные приколы и живописные приемы смешиваются между собой в поисках «новой цельности», в усилиях осмыслить и нащупать те «промежуточные слои» (в данном случае культурные, психологические, массмедийные и т.п.), через которые наши глаза воспринимают реальность.

Постмодерн вообще снял – во всяком случае силился снять – множество оппозиций по линии «высокое–низкое»: добра и зла, правды и лжи, элитного и попсового (в наших палестинах к тому же нехотя и походя оказалась упразднена оппозиция духовности и пошлости, так что интеллигентская духовность, перманентно бившаяся насмерть с обывательской пошлостью, стала неотделима от нее. А то просто неотличима). К разным его порывам и достижениям в этой области можно относиться по-разному, но во всяком случае разор, доставшийся пост-постмодерну, стимулирует собирать камни. Я и прежде – в самый разгуляй деконструкций – упорно и последовательно грешил этим, нарываясь на тотальную обструкцию референтных групп, ну а нынче, когда чувственное позитивное высказывание – о чудо! – обретает права в пространстве contemporary art, это, может, уже даже и не грех.

На Разгуляе я живу, так что одноименный цикл – о том, что вокруг меня. Шире – вокруг всякого, кто в изрядном российском городе идет в магазин, аптеку, к автобусу или своей машине. Все ведь самое важное и любопытное происходит окрест тебя или прямо у тебя под носом, а любой сюжет, чем пустячней он, чем случайней и мимолетней, тем «вернее»: тем явственней несет в себе потенцию «универсального» и «непреходящего» – примерно об этом речь. Не знаю, «героический» это реализм (определение Е. Деготь), эпический, лирический или еще какой… или то такой, то сякой… или разом всякий – не суть: какая реальность – такой реализм. Ну а триптих «Подружки» в отдельных представлениях не нуждается, вроде бы.
Семен Файбисович